Летящая (ktnzofz) wrote,
Летящая
ktnzofz

Все именно так

Кто-то ест апельсин.
Я знаю кто. Но хочется, чтобы был кто-то.
Я вижу разбросанные по столу кожурки. Я закрываю глаза и вдыхаю сладость.
В уши мне льется Gustavo Santaolalla – лучшая музыка, чтобы просто писать, не спеша. Чтобы просто дышать, не задыхаясь.
Я открываю глаза, и вижу эту сладость - она рыжая, брызжет соком, умирает в челюстях.
Я не знаю, как можно есть апельсины. Есть, съедать, поедать. Вгрызаться. Разрывать пальцами плоть. Рыжая кровь вытекает до последней капли прямо в рот - с упоением высасывать, облизывать с губ кислый привкус. Если бы я была индийской девицей, а апельсин был бы коровой - даже тогда все было бы более логичным для меня.
Звуки флейты не вяжутся со смертью, а у кого-то растительная еда не вяжется с убийством.
Флейта перешла на последнее издыхание. Это все De Usuahia A La Quiaca, и вот теперь яростная расчлененка идеально вписывается в общую картину.
Я могу съесть хорошо прожаренный кусок мяса, я могу испечь пирог с сыром. Я могу смотреть на апельсин и плакать, размышляя о смерти.
Кожу выбросили в ведро. В нос бьются последние капли запаха, как будто просят запомнить их такими.
Заключительные аккорды Babel. Сегодня я буду смотреть Вавилон.
Никому нет дела.
Tags: душевный эксбиционизм
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments